Неточные совпадения
Жиды, однако же, воспользовались вылазкою и пронюхали всё: куда и зачем отправились запорожцы, и с какими военачальниками, и какие именно курени, и сколько их
числом, и сколько было оставшихся на месте, и что они думают делать, — словом, чрез несколько уже минут в
городе всё узнали.
Она смутно решила себе в
числе тех планов, которые приходили ей в голову, и то, что после того, что произойдет там на станции или в именьи графини, она поедет по Нижегородской дороге до первого
города и останется там.
Николай Петрович в то время только что переселился в новую свою усадьбу и, не желая держать при себе крепостных людей, искал наемных; хозяйка, с своей стороны, жаловалась на малое
число проезжающих в
городе, на тяжелые времена; он предложил ей поступить к нему в дом в качестве экономки; она согласилась.
Недостаток продовольствия в
городе принимал характер катастрофы, возбуждая рабочих, но в январе была арестована рабочая группа «Центрального военно-промышленного комитета», а выпущенная 6 февраля прокламация Петроградского комитета большевиков, призывавшая к забастовке и демонстрации на 10-е
число, в годовщину суда над социал-демократической фракцией Думы, — эта прокламация не имела успеха.
Они уехали, сказав, что свидание назначено завтра, 9-го
числа, что рентмейстер, первый после губернатора чиновник в
городе, и два губернаторские секретаря приедут известить нас, когда губернатор будет готов принять.
Они написали на бумаге по-китайски: «Что за люди? какого государства,
города, селения? куда идут?» На катере никто не знал по-китайски и написали им по-русски имя фрегата, год, месяц и
число.
Порядок тот же, как и в первую поездку в
город, то есть впереди ехал капитан-лейтенант Посьет, на адмиральской гичке, чтоб встретить и расставить на берегу караул; далее, на баркасе, самый караул, в
числе пятидесяти человек; за ним катер с музыкантами, потом катер со стульями и слугами; следующие два занимали офицеры: человек пятнадцать со всех судов.
Но пора кончить это письмо… Как? что?.. А что ж о Мадере: об управлении
города, о местных властях, о
числе жителей, о количестве выделываемого вина, о торговле: цифры, факты — где же все? Вправе ли вы требовать этого от меня? Ведь вы просили писать вам о том, что я сам увижу, а не то, что написано в ведомостях, таблицах, календарях. Здесь все, что я видел в течение 10-ти или 12-ти часов пребывания на Мадере. Жителей всех я не видел, властей тоже и даже не успел хорошенько посетить ни одного виноградника.
Португальцы поставили носилки на траву. «Bella vischta, signor!» — сказали они. В самом деле, прекрасный вид! Описывать его смешно. Уж лучше снять фотографию: та, по крайней мере, передаст все подробности. Мы были на одном из уступов горы, на половине ее высоты… и того нет: под ногами нашими целое море зелени, внизу
город, точно игрушка; там чуть-чуть видно, как ползают люди и животные, а дальше вовсе не игрушка — океан; на рейде опять игрушки — корабли, в том
числе и наш.
Суда, хотя и не в прежнем
числе, продолжают подвозить товары в
город и окрестности мимо таможни.
Улицы, домы, лавки — все это провинциально и похоже на все в мире, как я теперь погляжу, провинциальные
города, в том
числе и на наши: такие же длинные заборы, длинные переулки без домов, заросшие травой, пустота, эклектизм в торговле и отсутствие движения.
За этим некуда уже тратить денег, только вот остался иностранец, который приехал учить гимнастике, да ему не повезло, а в
числе гимнастических упражнений у него нет такой штуки, как выбираться из чужого
города без денег, и он не знает, что делать.
Бунт кончился; невежество было подавлено, и на место его водворено просвещение. Через полчаса Бородавкин, обремененный добычей, въезжал с триумфом в
город, влача за собой множество пленников и заложников. И так как в
числе их оказались некоторые военачальники и другие первых трех классов особы, то он приказал обращаться с ними ласково (выколов, однако, для верности, глаза), а прочих сослать на каторгу.
С 1823 года пожарная команда стала городским учреждением. Создавались пожарные части по
числу частей
города, постепенно появились инструменты, обоз, лошади.
Говорят, будто я обязан этим усердию двух-трех верноподданных русских, живших в Ницце, и в
числе их мне приятно назвать министра юстиции Панина; он не мог вынести, что человек, навлекший на себя высочайший гнев Николая Павловича, не только покойно живет, и даже в одном
городе с ним, но еще пишет статейки, зная, что государь император этого не жалует.
Кстати, говоря о сосланных, — за Нижним начинают встречаться сосланные поляки, с Казани
число их быстро возрастает. В Перми было человек сорок, в Вятке не меньше; сверх того, в каждом уездном
городе было несколько человек.
Статистика населения и болезненности», 1885 г.] Увы, высокий процент и даже избыток рабочих или производительных возрастов на Сахалине совсем не служит показателем экономического благосостояния; тут он указывает лишь на избыток рабочих рук, благодаря чему, несмотря даже на громадное
число голодных, праздных и неспособных, на Сахалине строятся
города и проводятся превосходные дороги.
Прибавьте нервы, прибавьте вашу падучую, прибавьте нашу петербургскую, потрясающую нервы оттепель; прибавьте весь этот день, в незнакомом и почти фантастическом для вас
городе, день встреч и сцен, день неожиданных знакомств, день самой неожиданной действительности, день трех красавиц Епанчиных, и в их
числе Аглаи; прибавьте усталость, головокружение; прибавьте гостиную Настасьи Филипповны и тон этой гостиной, и… чего же вы могли ожидать от себя самого в ту минуту, как вы думаете?»
Этот визит все-таки обеспокоил Галактиона. Дыму без огня не бывает. По
городу благодаря полуяновскому делу ходили всевозможные слухи о разных других назревавших делах, а в том
числе и о бубновской опеке. Как на беду, и всеведущий Штофф куда-то провалился. Впрочем, он скоро вернулся из какой-то таинственной поездки и приехал к Галактиону ночью, на огонек.
Насчет дел по
городу разные люди являлись к Чапурину с предложеньями заняться устройством их, были в том
числе и отставной стряпчий, и выгнанный из службы становой, и промотавшиеся дотла помещики, и прогоревшие купцы.
Каждые три года он ездил в веселой компании в губернский
город, наблюдая, чтоб было налицо требуемое законом
число голосов (кажется, не меньше семи; в противном случае уезд объявлялся несамостоятельным и присоединялся к соседнему уезду), и члены компании, поделив между собою должностные места, возвращались домой княжить и володеть.
В продолжение всего рожественского мясоеда без перемежки шли съезды и гощения, иногда многолюдные и парадные; но большею частью запросто, в кругу близких знакомых. В
числе этих собраний в особенности выдавался бал, который давал в
городе расквартированный в нашем уезде полк. Этот бал и новогодний предводительский считались кульминантными точками захолустного раздолья.
В Вене на первых порах мне опять жилось привольно, с большими зимними удобствами, не было надобности так сновать по
городу, выбрал я себе тихий квартал в одном из форштадтов, с русскими молодыми людьми из медиков и натуралистов, в том
числе с тем зоологом У., с которым познакомился в Цюрихе за полгода перед тем.
Как уроженец Нижнего я с детства наслушался тамошнего народного говора на"он"и в
городе, от дворовых, мещан, купцов, и в деревне от мужиков. Но нижегородский говор отличается от костромского. Когда к нам в дом летом приходили работники костромские (плотники из Галичского уезда, почему народ, в том
числе и наши дворовые, всегда звали их"галки"), я прислушивался к их говору и любил болтать с ними.
Оказалось, что это был тот же самый Балмашевский, но… возмутивший всех циркуляр он принялся применять не токмо за страх, но и за совесть: призывал детей, опрашивал, записывал «
число комнат и прислуги». Дети уходили испуганные, со слезами и недобрыми предчувствиями, а за ними исполнительный директор стал призывать беднейших родителей и на точном основании циркуляра убеждал их, что воспитывать детей в гимназиях им трудно и нецелесообразно. По
городу ходила его выразительная фраза...
В
городе начали поговаривать, как о предполагаемой невесте Авдиева, о той самой девушке, в которую, в
числе других, был влюблен и я.
А забравши под Российское государство великое множество
городов и взявши без
числа пленных, возвращается солдат домой, простреленный, иногда без руки, иногда без ноги, но с орденом на груди святого великомученика Георгия.
Из окна, у которого Женни приютилась с своим рабочим столиком, был если не очень хороший, то очень просторный русский вид. Городок был раскинут по правому, высокому берегу довольно большой, но вовсе не судоходной реки Саванки, значащейся под другим названием в
числе замечательнейших притоков Оки. Лучшая улица в
городе была Московская, по которой проходило курское шоссе, а потом Рядская, на которой были десятка два лавок, два трактирных заведения и цирюльня с надписью, буквально гласившею...
Эта слабонервная девица, возложившая в первый же год по приезде доктора в
город честный венец на главу его, на третий день после свадьбы пожаловалась на него своему отцу, на четвертый — замужней сестре, а на пятый — жене уездного казначея, оделявшего каждое первое
число пенсионом всех чиновных вдовушек
города, и пономарю Ефиму, раскачивавшему каждое воскресенье железный язык громогласного соборного колокола.
Райнер получал очень хорошие деньги. Свою ферму в Швейцарии он сдал бедным работникам на самых невыгодных для себя условиях, но он личным трудом зарабатывал в Петербурге более трехсот рублей серебром в месяц. Это давало ему средство занимать в одной из лучших улиц
города очень просторную квартиру, представлявшую с своей стороны полную возможность поместиться в ней часто изменяющемуся, но всегда весьма немалому
числу широких натур, состоявших не у дел.
Юный жрец тогда только что обновленной русской Фемиды был принят с распростертыми объятиями в семейных домах уездного
города, а в том
числе и в доме родителей Анны Аркадьевны.
Это было накануне того дня, когда гроб с останками княгини Зинаиды Павловны привезли в Шестово для погребения. В
числе многочисленных провожатых печальной процессии, прибыл туда и Гиршфельд с князем Владимиром. Поминального обеда не было, и гости, после легкого завтрака, отправились назад в
город. Николай Леопольдович с молодым князем тоже уехали с ними. Александра Яковлевна едва улучила минуту переговорить с ним.
Внутри
город был довольно грязен: в нем всего только одна церковь высилась и белелась, да белелись еще, пожалуй, каменные присутственные места; лавки же были хоть и новые, но деревянные, и для приезжающих в
городе не имелось никаких удобств, кроме единственного постоялого двора с небольшим
числом комнаток вроде номеров и с огромным крытым двором для лошадей.
Венчание происходило в городском соборе, потому что Катерина Петровна считала низким для себя венчаться в своей сельской церкви, а потом все духовенство, все чиновники, в том
числе и я, поехали к молодым в усадьбу, которая, вы знаете, верстах в пяти от
города.
— Такая тут у нас вышла история! такая история! Надо вам сказать, что еще за неделю перед тем встречает меня Петр Петрович в
городе и говорит:"Приезжай шестого
числа в Вороново, я Машу замуж выдаю!"Ну, я, знаете, изумился, потому ничего этакого не видно было…
Кергель о всех этих подробностях, и не столько из злоязычия, сколько из любви и внимания к новому приятелю, стал рассказывать всему
городу, а в том
числе и Живину, но тот на него прикрикнул за это.
По поводу посторонних у меня тоже есть одна мысль, что вышеозначенные члены первой пятерки наклонны были подозревать в этот вечер в
числе гостей Виргинского еще членов каких-нибудь им неизвестных групп, тоже заведенных в
городе, по той же тайной организации и тем же самым Верховенским, так что в конце концов все собравшиеся подозревали друг друга и один пред другим принимали разные осанки, что и придавало всему собранию весьма сбивчивый и даже отчасти романический вид.
Начали с того, что немедленно и единодушно исключили господина Ставрогина из
числа членов клуба; затем порешили от лица всего клуба обратиться к губернатору и просить его немедленно (не дожидаясь, пока дело начнется формально судом) обуздать вредного буяна, столичного «бретера, вверенною ему административною властию, и тем оградить спокойствие всего порядочного круга нашего
города от вредных посягновений».
Что же до людей поэтических, то предводительша, например, объявила Кармазинову, что она после чтения велит тотчас же вделать в стену своей белой залы мраморную доску с золотою надписью, что такого-то
числа и года, здесь, на сем месте, великий русский и европейский писатель, кладя перо, прочел «Merci» и таким образом в первый раз простился с русскою публикой в лице представителей нашего
города, и что эту надпись все уже прочтут на бале, то есть всего только пять часов спустя после того, как будет прочитано «Merci».
—
Город, говорят, не стоит без семи праведников… семи, кажется, не помню по-ло-жен-ного
числа.
В
числе моих обязанностей было побывать попутно в
городах у управляющих казенных палат и директоров Государственного банка с поручением им развесить объявление о выставке в учреждениях
города. Мой открытый лист за подписью вице-президента выставки всеми любимого и уважаемого В.И. Ковалевского производил на них впечатление.
Дом ее принадлежал к
числу приятнейших в
городе.
Город С ***, в котором мне пришлось производить следствие, принадлежит к
числу самых плохих
городов России.
"Сего
числа, в десятом часу вечера, — пишет некий истязуемый субъект, — пришед в занимаемую мною в
городе Черноборске квартиру, крестьянин села Лекминского Иван Савельев Бунчуков, и будучи он мне одолженным двадцать рублей серебром, стали мы разговаривать о разных предметах, как приличествует в мирном и образованном обществе, без всякой азартности и шума.
Петербург, Москва, все губернские и даже уездные
города потребляют рябчиков несметное
число, но благодаря лесным местам северной России рябчики не переводятся. К удивлению моему, они водятся, хотя в малом
числе, даже около Москвы.
Сражение завязалось. Артиллерия Пугачева была превосходнее
числом вывезенной из
города. Оренбургские казаки с непривычки робели ядер и жались к
городу, под прикрытие пушек, расставленных по валу. Отряд Наумова был окружен со всех сторон многочисленными толпами. Он выстроился в карре и начал отступать, отстреливаясь от неприятеля. Сражение продолжалось четыре часа. Наумов убитыми, ранеными и бежавшими потерял сто семнадцать человек.
Мятежники, в
числе трех тысяч, выехали против него; оба войска сошлись в семидесяти верстах от
города.
«Добывание оной соли, — пишет Рычков, — уже издавна на том месте, сперва от башкирцев, а потом и от крепостных обывателей, чинилось, но о построении сей крепости определение учинено уже в прошлом 1753 году октября 26
числа, по состоявшемуся в Правительствующем сенате того ж 1753 года мая 24
числа указу, коим в Оренбурге и в принадлежащих к оному новых крепостях и селениях учредить казенные соляные магазины и продажу илецкой и эбелейской соли чинить по тогдашней указной цене по 35 коп. пуд; для чего тогда ж и соляное правление в
городе Оренбурге учреждено.
Настичь его было невозможно: он скакал проселочными дорогами, забирая свежих лошадей, и оставлял за собою возмутителей, которые в
числе двух, трех и не более пяти разъезжали безопасно по селениям и
городам, набирая всюду новые шайки.
В
городе убито 7 человек, в том
числе одна баба, шедшая за водой.